В прошлом месяце президент Дональд Трамп разрешил продажу в Китай одной из самых мощных ИИ‑платформ Nvidia — модели H200. В репортажах возникли вопросы о мотивах такого решения и возможных последствиях для национальной безопасности.
В обсуждении участвовали Пауло Карвао, старший научный сотрудник Центра бизнеса и правительства при Школе им. Кеннеди Гарвардского университета, и Мэтт Шихан, старший научный сотрудник Карнеги по международному миру.
Nvidia, изначально известная как производитель графических процессоров для видеоигр, в последние годы стала ключевым поставщиком аппаратного обеспечения для обучения крупных моделей ИИ. Компании требовалось разрешение на экспорт её ускорителей в Китай, и это разрешение было выдано.
Генеральный директор Nvidia Дженсен Хуанг после встречи с президентом заявил, что без государственной поддержки производство и развитие технологий в США не продвинулись бы так быстро. Он подчёркивал важность политического стимулирования и промышленной кооперации.
Решение вызвать критику со стороны некоторых законодателей, обеспокоенных риском усиления военных возможностей Китая. Одна из претензий заключалась в том, что при одобрении поставок якобы было условие о перечислении 25% продаж Nvidia в пользу правительства США.
Некоторые сенаторы и конгрессмены заявляли, что продажа таких технологий Китаю может ускорить развитие их военного потенциала. В то же время часть экспертов указывала на экономические интересы Nvidia и на важность китайского рынка для компании.
Чипы Nvidia сегодня используются для обучения и запуска многих ведущих моделей ИИ: они обеспечивают необходимую вычислительную мощность для параллельной обработки больших объёмов данных. H200 по оценкам специалистов заметно мощнее предшественника H‑20, хотя не является самым мощным продуктом Nvidia.
Президент Трамп в публичных выступлениях допускал возможность дальнейших соглашений, включая обсуждения более продвинутых моделей — например, упоминался чип Blackwell, который он называл особенно передовым.
В обсуждении поднимается ключевой вопрос политики: что важнее — ограничивать доступ соперника к передовым технологиям или, напротив, распространять собственный технологический стандарт, чтобы создавать зависимость от него? В прошлом оба подхода применялись по отношению к Китаю.
Одна из стратегий, называемая диффузией, предполагает усилия по тому, чтобы мировой рынок ориентировался на американский технологический стек, что в долгосрочной перспективе может приносить экономическое и политическое влияние.
Примером такого подхода аналитики называют конфликт вокруг 5G и компании Huawei: широкое распространение китайских решений в некоторых регионах породило опасения по поводу зависимости и влияния Пекина на инфраструктуру других стран.
Сторонники ограничений считают, что препятствуя доступу к передовым компонентам, можно замедлить технологическое развитие соперника. Оппоненты указывают, что полное технологическое затворничество может подтолкнуть Китай к созданию собственных аналогов и ускорить их независимость.
Мэтт Шихан отмечает, что опасения по поводу военного применения ИИ реальны в среднесрочной и долгосрочной перспективе. ИИ рассматривается как элемент национальной мощности, который может быть использован и в военных сценариях, в том числе для координации беспилотных систем.
Современные ИИ‑модели применимы в широком спектре задач: от научных расчётов и анализа данных до применения в социальных медиа и военных моделях. Это делает аппаратные ускорители «универсальным» ресурсом с двойным назначением.
Сторонники ограничений предлагают ограничивать экспорт наиболее продвинутых GPU, чтобы снизить риск их использования для военных разработок. Однако есть и аргумент о том, что поставки могут служить временным решением, пока китайская промышленность восполняет дефицит собственной производственной базы.
Китайская стратегия, по оценкам экспертов, сочетает в себе покупку иностранной техники для удовлетворения текущего спроса и одновременно масштабные инвестиции в создание собственных производственных цепочек. Это делает иностранные поставки скорее «передышкой» на пути к импортозамещению.
Критически важными элементами глобальной цепочки поставок полупроводников являются несколько узких точек: оборудование для литографии (EUV), производство «фабрик» (fabs) и накопленный инженерный опыт. Оборудование для экстремальной ультрафиолетовой литографии производит единственная компания ASML в Нидерландах.
Крупнейший контрактный производитель чипов TSMC находится на Тайване, и это также рассматривается как узкое место глобальной индустрии. Постановка под контроль этих элементов, по мнению аналитиков, могла бы радикально изменить доступ к передовым чипам.
Однако эксперты подчёркивают, что успех в производстве передовых чипов требует не только оборудования, но и многолетнего накопленного опыта и технологических процессов, которые трудно воспроизвести быстро.
В США приняты меры по стимулированию локального производства, включая программу CHIPS and Science Act. После этого TSMC начала строительство фабрик в штате Аризона, а другие инвестиции нацелены на восстановление производственных и инженерных компетенций внутри страны.
Кроме того, значимое преимущество США — способность привлекать мировые таланты в области ИИ и полупроводников: многие ведущие исследователи приезжают учиться и работать в США, что усиливает научно‑технологическую экосистему страны.
Однако изменение правил иммиграции и визовой политики может ослабить это преимущество, отмечают специалисты. Ограничения на студенческие и рабочие визы уменьшают приток молодых учёных и инженеров, что влияет на долгосрочное развитие отрасли.
Дискуссия также затрагивает разделение ролей между проектированием чипов и их производством: дизайн остаётся преимущественно в США, тогда как массовое производство сосредоточено в Азии. Сохранение лидерства в дизайне важно для стратегического преимущества.
Некоторые аналитики указывают, что продажа чипов в Китай может подрывать долгосрочную цель по сохранению технологического лидерства, если это рассматривается как краткосрочная коммерческая выгода. Другие подчёркивают необходимость одновременных инвестиций в собственные мощности.
Сообщалось также, что обсуждение экспорта H200 могло сопровождаться торговыми переговорами, в том числе по редкоземельным магнитам и другим критическим материалам. Если такие сделки имеют место, это превращает технологическую политику в предмет транзакций.
Китайская политика покупки предполагает в первую очередь использование отечественных чипов; зарубежные решения рассматриваются как дополнительный ресурс, не призванный заменить закупки продукции собственных производителей. Это часть стратегии по развитию внутренней индустрии.
В завершение эксперты рекомендуют продолжать инвестировать в собственные производственные мощности, развивать кадровый потенциал и поддерживать технологическое преимущество в дизайне чипов. Долгосрочные вложения и стратегическое планирование рассматриваются как ключ к сохранению лидерства.
Комментариев